Из жизни писателей

В темноте что-то зашуршало. Автор проснулся и навострил уши. Зашуршало снова, и он понял, что звук доносится из его почти дописанной книги. Автор осторожно вылез из постели, сунул ноги в тапочки в форме запятых и неслышно прокрался к компу. Открыл книгу… Но там уже никого не было.

— Спугнул, — вздохнул автор и, поскольку сон был перебит, набросал ещё главу. Закончив, перечитал её, остался доволен результатом и ушёл досыпать.

Вдруг снова что-то зашуршало. На этот раз автор не спешил. Он двигался незаметно и подкрался к компу тихо, как ниндзя. Но только он открыл книгу, как всё стихло. Однако автору показалось, что на страницах есть следы. Это было очень подозрительно, и автор кинул ссылку своему другу со словами:

— Глянь мою книгу, а. Мне кажется, что на ней есть просмотры.

Друг заглянул и тоже увидел следы.

— Братан, да тебя кто-то читает! — сказал он автору. — Видишь, какие следы? Два вдоль, два поперёк, и ещё два вдоль. Такие следы оставляют читатели.

— Правда? — обрадовался автор. — Здорово! Только мало их очень. Может, им приколов посыпать? Или поперёк книги кусок драмы положить?

— Это можно, — согласился друг. — У меня где-то завалялся пузырёк розовых соплей… Во, держи. Сбрызни потом последнюю главу.

— Ладно, спасибо. Пойду дописывать, — сказал автор и сел за работу: всё равно уже светало.

***

Тем временем двое читателей обсуждали его шедевр.

— Смотри, прода появилась!

— Ух ты, и правда! Я только что смотрел — никакой проды не было.

— Может, мы и концовки дождёмся?

— Навряд ли… А хотя… Ой, что я придумал! Давай ему отзыв напишем. Авторы, они на отзывы падкие. Как увидит — так сразу от радости запрыгает и допишет. У них условный рефлекс на отзывы.

— Ну, раз рефлекс, тогда можно. Только писать будешь ты.

— Нет, ты!

— Ты первый начал!

— А ты его книгу нашёл и мне подсунул!

— Ладно, я начну, а ты мне помогай. Как это там: автор, ваша книга мне очень понравилась…

— Про героев что-нибудь вверни. Как они тебе, понра или не понра. Авторы, они на своих героев чуть не молятся.

— Точно. И про сам мир не забыть бы…