Черти

Дардарот был пьяница. Он напивался почти каждый день и потом лежал носом вниз поперёк тронной залы. Уборщица возила вокруг него шваброй, а утром,
когда он всё-таки вставал, от него оставался грязный силуэт на полу.

И однажды, когда пьяный Дардарот валялся на полу, к нему в пятачок заполз таракан и начал там шевелить усами. В носу у Дардарота начался такой
свербёж, что Дардарот, выпучив глаза, чихнул со всей дури.

Сила этого чиха была столь ужасна, что по аду прокатилась взрывная волна.

С чертихи Мегеры слетел передник, и она завопила благим матом.

У утончённого чёрта Люcифена (это тот самый, что украл фен у девушки Люси) треснула на зубу коронка.

Бегемот подох.

У сопливого Обордуя окончательно заложило нос.

У Ишбабинопа отвалилась морда.

У Осторопа во дворце вылетели все стёкла, даже из газовой духовки на кухне.

Ведьму У-у сдуло.

Слабоумного Глупоморда припечатало к стенке.

У Барладапа заболела челюсть и оглохла тёща.

Двух чертенят Агиуцэ размело по всему аду, и он потом целую неделю собирал их обратно, и ещё год втолковывал им курс начальной школы, потому что от
потрясения они всё забыли. У самого Агиуцэ чуть не отскочили рога.

И всё это — из-за пьянства Дардарота!

(Только одно существо получило пользу — это был собакот Агиуцэ, у которого взрывной волной выдуло всех блох).