Рассказы

— Ой, а что это за кнопочка?

— Не нажимай!!!

БАБАХ…


* * *

В этот миг всё настолько изменилось, что трудно описать словами. Осколки планет летели в разные стороны с бешеной скоростью, и не включи Демид вовремя защитное поле, от корабля осталась бы одна пыль. Лика испуганно посмотрела на него, хлопая ресницами.

— Я сделала что-то не то?

— Да как тебе сказать.

Он пытался вырулить из газового облака, оставшегося на месте Солнечной Системы, и положить корабль на курс к Альфе Центавра, где, по слухам, была пригодная для жизни планета. Правда, слухи эти устарели лет эдак на сто пятьдесят.

— Демид, ты видел? — крикнул Юрик, врываясь в рубку. — Что, к чертям, произошло?

— Я… — пискнула Лика, но Демид шикнул на неё:

— Заткнись, — и обратился к Юрику: — Какая теперь, к чертям, разница? Всё, что осталось от человечества, находится на этом туристическом лайнере. И если мы дотащимся до какой-нибудь подходящей для жизни планеты, будет очень хорошо.

— Эээ… — механик завис.

Зашелестел динамик, и раздался голос Тончо:

— Вы что там все, офонарели? Чего творите? У пассажиров паника начинается! Я им фильм включил, не знаю, насколько хватит. Щас приду к вам разбираться.

— Приходи, — устало сказал Демид в микрофон. — И капитана прихвати. Мы тут уже почти все в сборе. Кажется, придётся сменить маршрут. И вообще планы.


* * *

Светло-серые клетчатые стены рубки, покрытые буквами и цифрами, походили на клавиатуру. Матово-светящийся округлый потолок, представляющий, по сути, один большой светильник, не давал теней. Совещание только что закончилось. Новость, что на всех гражданских кораблях хранится секретное оружие огромной разрушительной силы, произвела среди руководящего состава эффект петарды, брошенной в курятник. Несколько военных, приставленных к объекту, уже связались с капитаном и обещали свою поддержку в случае беспорядков, но при этом ненавязчиво намекнули, что лучше пока не распространять информацию. Во избежание.

Все четверо сидели на лавках у стены и молчали. Лике корабельный доктор всадил «успокоина» и препроводил её на всякий случай в изолятор до прояснения ситуации.

— Но как? Как эта звезда-моделька оказалась в рубке? — спросил наконец Юрик, светловолосый невысокий парень в рабочей одежде. — Она что, твоя девушка? Когда вы успели? Рейс только начался.

— Да ничего мы особо не успели, — со вздохом откликнулся Демид. — Так, флиртовали. Она за мной увязалась: покажи да покажи, как корабль управляется. Ну и…

— Ясно, — сказал капитан, крепкий седой старик с окладистой бородой. Он был в своей неизменной белой капитанской форме с нашивками. — Я бы тебя уволил, но у меня нет другого штурмана. Теперь вопрос к главному механику: как так получилось, что кнопка подцвечивания воды в канализации соединена со всеми аннигиляторами? Ведь они все сработали, на всех четырёх кораблях. Юра!

— Я тут ни при чём! — начал божиться заметно побледневший Юрик. — Перед стартом всё проверил, проблем не нашёл.

— Подождите, — сказал Тончо, туристический гид. Его чёрные глаза загорелись надеждой. — Значит, есть ещё три корабля? Так надо же объединяться.

— Я уже послал сигнал. Они идут по нашему следу. Будем выбираться вместе.

— Аристарх Макарыч, вы занесёте мою электронную карточку в Чёрный Список? И её отключат? — дрожащим голосом спросил Юрик.

— Можешь выбросить свою электронную карточку! И вы все тоже! — крикнул капитан. — Теперь это просто кусок пластика. Слушайте, вы вообще понимаете, что произошло?

— Более чем, — ответил Демид и протянул капитану резную деревянную палочку из игры в Гарри Поттера.

— Что за цацки, — возмутился капитан.

— Канаться. Кому сообщать пассажирам о том, что произошло.


* * *

Лика ещё немножко поплакала, потом съела пирожное с чаем и села смотреть сериал по вмонтированному в стену компьютеру. Доктор обещал выпустить её сегодня — при условии, что она не будет устраивать сцен. Час назад заходил Демид и сообщил, что она не виновата — это механик, дурень, перепутал провода и подсоединил секретное оборудование к незаметной кнопке, которая почти никогда не используется. Но всё равно Демид попросил Лику держать язык за зубами — мало ли, как отреагируют другие пассажиры. Может, захотят разорвать в клочья.

Вполглаза следя за ссорами влюблённой парочки на экране, Лика припудрила своё круглое личико, освежила макияж и заколола на затылке пышные жёлтые волосы. Что бы там ни произошло с Солнечной Системой, а внешность надо беречь. Ведь это же хлеб!

Пикнул входной сигнал, и в палату вошла Мариша, жена доктора. Это была высокая темноволосая женщина лет тридцати с мягкими чертами лица, тоже отдающая предпочтение длинной причёске. Они с Ликой ещё вчера нашли общий язык и долго болтали, поэтому Лика обрадовалась визиту новой подруги и тут же выключила фильм.

— Привет! Ой, голограммки? — взвизгнула от восторга Лика, увидев, как Мариша ставит на пол объёмистую сумку с пушистыми зверушками.

— Привет! Не угадала, — сказала Мариша и открыла боковую дверцу в сумке. Оттуда высыпали пять маленьких животных и одно большое. Маленькие тут же полезли к Лике на колени, цепляясь за штанины коготками, и она с восторгом принялась их гладить.

— Механоиды? Ух ты… Где достала? Они же дико дорогие.

— Это не механоиды, — с гордостью ответила Мариша. — Это настоящие, живые звери. Кошка и котята. И ещё кот есть, но мы с Сашей его в спальне прячем.

— Живые? Но ведь живых животных давно ликвидировали из-за микробов! Откуда они взялись? — Лика вскочила и, отцепив от себя котят, посадила их на пол. — Что ты наделала, я теперь умру от инфекции! Доктор! Сделайте мне прививку! — и Лика упала на кровать носом в подушку.

Мариша рассмеялась. Большая лохматая чёрно-белая кошка тёрлась о её ноги и мурлыкала, и Лику приводил в ужас этот незнакомый звук.

— Они не опасны. Я думала порадовать тебя, а ты истерику устроила. Посмотри, какие они хорошенькие!

— Но где вы с мужем их достали? И как протащили на корабль? — Лика оторвалась от подушки и в панике посмотрела на котят, затеявших игру в догонялки.

— Передавали из поколения в поколение, как и многие другие семьи. Тайком, в обход правил. А протаскивать не потребовалось — все животные, какие сохранились, живут только на кораблях. На Земле слишком строгий контроль… Был.

— Обалдеть… — Лика во все глаза глядела на пушистые комочки, с топотом бегающие по палате. Котята были разные: чёрный, белый с пятнами, рыжий, два трёхцветных, и все до того красивые и смешные, что ей захотелось взять их на руки. — Но ты уверена, что я не заражусь?

— Можешь не бояться! У них свои болезни, у нас свои. К тому же наши звери здоровы.

— А что это за моторчики у них в голове? Может, они всё-таки механоиды?

— Это природный моторчик, он есть только у кошек. Погладь Кетти, и она тебе помурлычет.

Лика несмело прикоснулась к кошке, и та прыгнула на кровать. Лика погладила её, потом взяла на руки и зарылась лицом в длинную шерсть.

— Тёплая какая! Теперь я поняла, почему у вас нет детей. Думала, что из-за разницы в возрасте, он же старше тебя. А оказывается, вы из-за кошек… Нам на истории рассказывали, что лет двести назад, когда животные ещё были, разрешалось заводить или детей, или животных. А и тех и других нельзя, потому что у детей аллергия.

— Да вовсе это не связано, — возразила Мариша и села на пол, играя с котятами. — И не всегда у детей аллергия. Бывает, что вообще здоровыми рождаются. И теперь мы обязательно заведём детей. Одно другому не мешает, можешь мне поверить!

— Детей? После того, что произошло? — ужаснулась Лика, оглянулась на занавешенный иллюминатор и крепче прижала к себе Кетти. — А на корабле есть робот для вживления микросхемы в мозг?

— Думаю, что мы без него как-нибудь обойдёмся, — улыбнулась Мариша.


* * *

Волшебная палочка не пригодилась — капитан взял тяжёлую миссию на себя. Впрочем, легенду разрабатывали всей компанией, включая доктора, и поклялись страшной клятвой никому её не разглашать. Кроме начальства, посвящёнными оказались ещё Лика — как же без неё! — и Мариша. Обе женщины согласились с решением капитана подсунуть общественности красивую ложь и пообещали хранить тайну. И вот из всех динамиков корабля прозвучало обращение капитана:

— Уважаемые пассажиры туристического лайнера «Сагиттариус»! Приносим извинения за неудачную шутку нашего мастера по визуальным эффектам. Не волнуйтесь, с Солнечной Системой всё в порядке, и наше путешествие продолжается. Сегодня мы выходим за орбиту Плутона и направляемся к пылевому облаку. Приготовьте ваши фото— и видеокамеры! Приятного полёта!

Аристарх Макарович отключил микрофон и, глядя в иллюминатор, едва заметным движением тихо ударил по панели кулаком. Семеро посвящённых в тайну опять собрались в рубке на совещание.

— Рано или поздно всё равно придётся рассказать правду, — заметил Демид.

— Но не с бухты-барахты, — сказал капитан. — Сначала пустим в ход легенду, что возвращение откладывается из-за пояса астероидов. Недели этак через две, не раньше. Потом постепенно подготовим народ. А пока нужно обсудить дела с другими кораблями. Американский капитан не хочет врать своим пассажирам, и мы должны его любой ценой уломать. Иначе последствия будут непредсказуемыми. Александр, что у нас по части медицины?

— На борту шесть медиков, включая меня, — ответил корабельный врач, полноватый лысеющий мужчина лет сорока семи в зелёной медицинской форме. — Мариша тоже может работать медсестрой, плюс наладим обучение среди пассажиров. Медикаментов и оборудования достаточно. Года три продержимся по самым скромным подсчётам.

— Тончо, как общая обстановка?

Гид пожал плечами.

— Вроде ничего не подозревают. Массовики-затейники из кожи вон лезут, представления устраивают, каждый день прогулки по кораблю, реконструкции из кино, голограммы… — Тончо откинул ладонью со лба длинную чёрную прядь и отвёл взгляд, стараясь не смотреть на капитана.

— Вот-вот, побольше развлечений. Как там библиотека-то, не опустела ещё?

— Обижаете, капитан. Не знаю, как на других кораблях, а на нашем хранится полный архив культурного наследия.

— Вот и замечательно. С провиантом, насколько я понимаю, в ближайшее время проблем тоже не предвидится, а потом оранжереи дадут урожай. Их придётся слегка переоборудовать. Так. Ну что, возвращаемся к своим обязанностям. Юрий в наказание за халатность приговаривается к ежедневным штрафным работам по вечерам. Возьми на складе форму уборщика и можешь приступать.

— Так точно, капитан, — ответил Юрик, вставая. — Только я, это, сказать хотел.

— Говори.

— Я всё внимательно просмотрел. Не на экране, а живьём — разбирал панель. Так вот, никаких лишних проводов к той кнопочке не подсоединено, всё в идеальном порядке.

— Хочешь сказать, что ты тут ни при чём?

— Абсолютно. Да и невозможно включить все четыре аннигилятора с одного корабля — то есть, теоретически возможно, но маловероятно. Слишком хлопотно, и я бы обязательно заметил неладное. Полагаю, взрыв был вызван традиционно: четыре человека на разных кораблях одновременно нажали кнопки. И явно это были не кнопки подцвечивания воды. А уж почему это совпало с выходкой Лики — пути господни неисповедимы.

— Значит, я не виновата? — Лика даже подпрыгнула. — Юра, я правда не виновата? Демид, ты слышал — я не виновата! — и она кинулась штурману на шею.

Мариша переглянулась с мужем и покачала головой. Капитан вперился в Юрика:

— Получается, мы везём на корабле заговорщика?

— Может, даже не одного, — ответил механик. — И на других кораблях без них не обошлось.

Повисла пауза.

— У меня тоже есть заявление, — помолчав, сказал Демид. — Я планету нашёл.


* * *

В оранжерее на площадке для отдыха собралось человек двадцать туристов, выбравших посиделки у костра, а не шумную вечеринку или просмотр кинофильма. У двоих мужчин были гитары. Это уютное место, как и прочие туристические отсеки, освещалось мягкими жёлтыми боковыми лампами в стиле старинных фонарей, а потолком здесь служила голограмма земного неба с плывущими облаками. Поскольку на корабле начинался вечер, небо было ночным — со звёздами и Луной.

— Принесите костёр! — попросил кто-то, и служащий в синей униформе положил на пол серый диск около полуметра в диаметре, передав пульт одному из отдыхающих. Костёр включили и расселись вокруг на мягких скамеечках, имитирующих берёзовые пни со спинкой. Диск разогрелся до красноты, а через минуту над ним весело заиграли голографические языки пламени. Зазвенели гитары, полилась песня.

Мариша и Александр тоже сидели у костра, оба в обычной одежде, и затаив дыхание слушали старинный напев. В руке у Мариши была целая стопка пластиковых датчиков самочувствия, которые она собиралась раздать пассажирам, но концерт отвлёк её.

— Всего год пути, представляешь, год! И мы на месте, — шепнул жене на ухо доктор.

— Демид молодец, — тихо ответила она. — Я не сомневалась, что он найдёт планету. Есть новости с других кораблей?

— Вроде как американец принял правила игры. Так что скоро, надеюсь, другие корабли подтянутся, и наладится связь с нашей группой.

— Как думаешь, нам удастся избежать паники? — спросила Мариша. На её лице играли красноватые отблески.

— Если подать информацию грамотно, то да. Здесь я согласен с капитаном, спешить нельзя. У многих на Земле остались счета в банках, имущество. У некоторых, боюсь, даже семьи, хотя таких единицы. Никому не понравится, что решение приняли за них, поэтому о заговоре надо молчать. И о том, что мы с тобой участвовали в разработке аннигилятора, тоже. Достаточно информации о том, что возвращаться некуда. Сначала будет волна возмущений, протестов, но позже, когда разберутся, скорее всего сами захотят построить на новом месте новую цивилизацию. На этот раз без дефектов.

Слушая импровизированную музыку и вглядываясь в огонь, Мариша вспоминала всё, что знала о Земле. Было в пламени что-то завораживающее, манящее и давно забытое, словно проснулся осколок генетической памяти. И что-то пугающее. В этом костре Марише чудились взорванные планеты, исчезающая навек цивилизация и гибнущие остатки человечества — чистые, продезинфицированные, с микросхемами в головах. Она прищурилась и проговорила одними губами:

— Это вам за животных.